Adiemus, Karl Jenkins & London Philharmonic Orchestra - Adiemus - Songs Of Sanctuary (1995)

Adiemus, Karl Jenkins & London Philharmonic Orchestra — Adiemus: Songs of Sanctuary (1995)

Adiemus: Songs of Sanctuary — один из самых узнаваемых альбомов на пересечении New Age, Classical Crossover, World Music и неоклассики 1990-х годов. Созданный валлийским композитором Karl Jenkins, он предложил необычную музыкальную модель: симфонический оркестр, этническая ритмика и многослойные женские голоса соединяются здесь в единое пространство, а вокал существует не ради текста, а ради самого звучания человеческого голоса.

В этом и заключается главный секрет Adiemus.

Мы слышим пение, которое кажется знакомым. В отдельных фразах словно угадываются латинские, африканские или какие-то древние слова. Но понять их невозможно — потому что понимать нечего.

Карл Дженкинс сознательно отказался от настоящего языка. Вокальные партии построены из специально созданных фонетических сочетаний звуков и слогов. Человеческий голос становится ещё одним музыкальным инструментом — таким же, как флейта, скрипка или ударные.

Благодаря этому Songs of Sanctuary не принадлежит ни одной конкретной культуре.

Музыка кажется одновременно древней и современной, европейской и африканской, церковной и светской.

Именно эта универсальность сделала первый Adiemus одним из наиболее необычных музыкальных явлений своего времени.

Голос без языка

Основной вокальный тембр альбома принадлежит Miriam Stockley. Её голос стал практически неотделим от самого понятия Adiemus.

Благодаря многократному наложению вокальных партий одна певица превращается в целый воображаемый хор. Иногда возникает впечатление десятков голосов, движущихся одновременно, хотя большая часть этого огромного вокального пространства была создана именно студийным многослойным исполнением.

Дополнительные партии Mary Carewe расширяют этот вокальный мир.

Но Дженкинс использует голос необычно.

Нет рассказчика.

Нет героя.

Нет текста, который нужно переводить.

Эмоция возникает исключительно через мелодию, дыхание, тембр и ритм.

И парадоксальным образом отсутствие понятных слов делает музыку даже более выразительной. Каждый слушатель получает возможность самостоятельно почувствовать смысл звучащего.

Adiemus — песня, ставшая символом

Первая композиция Adiemus стала музыкальной визитной карточкой всего проекта.

Она начинается удивительно просто.

Сначала появляется голос.

Затем постепенно раскрывается оркестровое пространство, вступает ритм, а мелодия начинает подниматься всё выше.

В ней есть одновременно торжественность гимна и удивительная лёгкость.

Это не религиозная музыка в прямом смысле слова, хотя само звучание может вызвать ассоциации с молитвой или древним песнопением.

Это не традиционная world music, хотя вокальная манера явно напоминает этнические традиции.

Это и не обычная классика, несмотря на присутствие London Philharmonic Orchestra.

Adiemus существует где-то между всеми этими направлениями.

Мелодия постепенно набирает эмоциональную силу, но никогда не превращается в тяжёлый симфонический пафос. Оркестр словно поддерживает голос снизу, тогда как вокальная линия свободно парит над ним.

Именно здесь впервые возникает то особое ощущение света, которое станет характерным для всей серии Adiemus.

Tintinnabulum — звон и движение

Tintinnabulum значительно масштабнее.

Название связано с образом звона, и сама композиция построена на повторяющихся фигурах, постепенно образующих всё более сложное музыкальное пространство.

Это уже не песня в привычном понимании.

Музыка развивается почти как ритуальное действие.

Вокальные фразы возвращаются снова и снова, оркестровые линии переплетаются с ритмом, а повторение перестаёт восприниматься как простое повторение — каждый новый круг немного меняет эмоциональную перспективу.

Особенно важна здесь перкуссия.

Она не выполняет обычную функцию ударной установки и не задаёт стандартный поп-ритм. Скорее это пульс всей композиции — что-то древнее и коллективное.

В результате европейская оркестровая структура неожиданно соединяется с ощущением tribal music.

Cantus Inaequalis — песня неравномерного движения

В Cantus Inaequalis ритмическая сторона становится ещё заметнее.

Музыка постоянно играет с ощущением равновесия. Отдельные вокальные и инструментальные фразы словно слегка смещаются относительно привычного ожидания.

Но сложность никогда не выставляется напоказ.

Дженкинс умеет создавать композиционно продуманную музыку, которая воспринимается совершенно естественно даже слушателем, не интересующимся теорией.

Главное здесь — движение.

Голос превращается почти в танцевальный инструмент.

Короткие слоги формируют ритмические фигуры, а оркестр отвечает им более протяжёнными линиями.

Музыка словно находится между танцем и песнопением.

Cantus Insolitus — необычная песнь

Cantus Insolitus звучит мягче и задумчивее.

После энергичного движения предыдущих частей появляется ощущение пространства.

Именно здесь особенно хорошо слышно, насколько важны для Songs of Sanctuary струнные инструменты.

London Philharmonic Orchestra не используется как источник грандиозного симфонического давления. Оркестр часто играет удивительно деликатно, формируя прозрачный фон для голосов.

В результате вокальная линия словно находится внутри огромного воздушного пространства.

Эта композиция демонстрирует другую сторону Adiemus — не ритуальную и не праздничную, а созерцательную.

In Caelum Fero — движение к небу

In Caelum Fero относится к наиболее ярким и вдохновляющим композициям альбома.

Даже название вызывает ассоциацию с движением вверх, и музыка действительно обладает удивительным ощущением подъёма.

Вокальные партии становятся особенно свободными.

Струнные создают широкие восходящие линии.

Перкуссия мягко направляет движение вперёд.

Постепенно возникает ощущение, будто музыка перестаёт иметь вес.

Это одно из наиболее характерных качеств Карла Дженкинса: способность создавать эмоционально доступную музыку, не опускаясь до банальной сентиментальности.

In Caelum Fero звучит возвышенно, но не помпезно.

Она словно говорит о стремлении человека к чему-то большему, не называя это «большее» словами.

Cantus Iteratus — сила повторения

Cantus Iteratus вновь возвращает принцип цикличности.

Само повторение становится здесь композиционным инструментом.

Фразы возвращаются, преобразуются, окружаются новыми оркестровыми красками.

Этот приём имеет почти медитативный эффект.

Но это не ambient-медитация неподвижности.

У Дженкинса повторение всегда сохраняет внутренний импульс.

Музыка движется по кругу, но сам круг постепенно расширяется.

Именно поэтому длинные формы Songs of Sanctuary редко ощущаются затянутыми. Даже когда материал прост, постоянно меняются его плотность, динамика и пространство.

Amaté Adea — голос как чистая эмоция

Amaté Adea — одна из композиций, где особенно заметно преимущество вымышленного языка Adiemus.

Если бы здесь использовался конкретный текст, слушатель неизбежно сосредоточился бы на его значении.

Но фонетические слоги освобождают мелодию от буквального содержания.

Остаётся чистая эмоция.

Можно услышать здесь любовь.

Можно — молитву.

Можно — благодарность.

А можно вообще отказаться от попытки что-либо определять и просто воспринимать красоту голосовой линии.

В этом смысле Adiemus удивительно близок к инструментальной музыке, несмотря на центральную роль вокала.

Kayama — ритм земли

Kayama стала ещё одной из наиболее узнаваемых композиций проекта.

Здесь особенно сильно проявляется world music-составляющая.

Ритм становится почти физическим.

Короткие вокальные фразы взаимодействуют с ударными, а оркестр создаёт вокруг них яркое и праздничное пространство.

В этой музыке легко услышать африканские ассоциации, хотя она не принадлежит какой-либо конкретной этнической традиции.

Именно так работает весь Adiemus.

Дженкинс не пытается имитировать фольклор определённого народа.

Он создаёт воображаемую мировую музыку — музыку культуры, которой никогда не существовало, но которая почему-то кажется знакомой.

Kayama наполнена жизнью.

Если многие композиции альбома направлены вверх — к свету, воздуху и небу, — здесь ощущается земля.

Движение.

Танец.

Человеческое тело.

Hymn — тихое завершение

Финальная Hymn возвращает музыку к состоянию внутреннего покоя.

После ритмического богатства предыдущих частей заключительная композиция словно постепенно очищает пространство.

Название «Гимн» кажется совершенно естественным, хотя и здесь нет никакого религиозного текста.

Гимном становится сама музыка.

Не определённому богу.

Не конкретной стране.

Не какой-либо религии.

Скорее — человеческому голосу и способности музыки объединять людей без необходимости объяснять смысл словами.

Так Songs of Sanctuary заканчивается значительно тише, чем начинался.

После последней ноты остаётся ощущение пространства, из которого музыка появилась и куда теперь снова возвращается.

London Philharmonic Orchestra — симфонический фундамент

Участие London Philharmonic Orchestra чрезвычайно важно для характера альбома.

Без оркестра Adiemus мог бы превратиться просто в красивый этнический вокальный проект.

Но Дженкинс строит музыку значительно масштабнее.

Струнные придают ей глубину и эмоциональный размах.

Деревянные духовые добавляют природные, почти пасторальные оттенки.

Перкуссия связывает симфонический мир с world music.

А человеческий голос свободно существует над всем этим.

При этом оркестровка не стремится доказать собственную сложность.

Наоборот — многие решения удивительно ясны.

Дженкинс прекрасно понимает, когда оркестр должен выйти на первый план, а когда необходимо оставить почти пустое пространство вокруг вокальной линии.

Ритм Майка Рэтлиджа

Важную роль в формировании звучания альбома сыграл Mike Ratledge, давний музыкальный соратник Дженкинса ещё со времён Soft Machine.

Его работа с программируемой перкуссией помогает соединить симфонический оркестр с совершенно иной ритмической культурой.

В этом заключается одна из причин, почему Songs of Sanctuary не звучит как традиционная хоровая классика.

Под оркестром постоянно существует пульс.

Иногда почти незаметный.

Иногда мощный и ритуальный.

Электронная технология середины 1990-х используется не как эффект, а как инструмент построения нового музыкального языка.

Между Enigma, Deep Forest и классикой

Появление Songs of Sanctuary пришлось на необычайно интересный период.

В начале и середине 1990-х огромную популярность получили проекты, соединявшие электронную музыку с древними, этническими и сакральными образами.

Enigma использовала григорианские песнопения.

Deep Forest обращалась к этническим голосам разных культур.

Dead Can Dance строили собственный мир из medieval, world и ambient.

Adiemus предложил ещё один путь.

Карл Дженкинс взял не реальные древние записи и не конкретную традицию, а саму идею первичного человеческого голоса.

И окружил её европейской классической формой.

Поэтому, несмотря на очевидное родство с мировой ethno-ambient волной 1990-х, Adiemus обладает собственным лицом.

Музыка воображаемой цивилизации

Возможно, самое интересное ощущение от Songs of Sanctuary заключается в том, что музыка кажется пришедшей из реально существующей культуры.

Но такой культуры нет.

Нет народа Adiemus.

Нет языка, на котором поёт Miriam Stockley.

Нет древних рукописей с мелодиями Kayama или In Caelum Fero.

Весь этот мир создан Карлом Дженкинсом.

И всё же он звучит удивительно убедительно.

Будто где-то действительно существовала цивилизация, в которой подобные песни исполнялись на праздниках, церемониях и в моменты прощания.

Это редкий пример того, как искусственно созданный музыкальный язык способен вызвать ощущение исторической памяти.

New Age или классическая музыка?

Жанровая принадлежность Songs of Sanctuary всегда была неоднозначной.

В альбоме действительно присутствуют черты нескольких направлений.

Classical Crossover — в соединении симфонического оркестра с доступной современной мелодикой.

New Age — в возвышенной атмосфере, пространственном звучании и обращении к универсальным духовным образам.

World Music / Ethnic Fusion — в вокальной манере и перкуссии.

Neoclassical — в использовании традиционных музыкальных форм внутри современного языка.

Choral / Vocal Music — в центральной роли человеческого голоса.

Но ни одна из этих категорий отдельно не описывает Adiemus полностью.

Лучше всего воспринимать проект как самостоятельное направление внутри classical crossover — своеобразную симфоническую world music без конкретной национальности.

Почему альбом не устарел

Технологический почерк середины 1990-х в Songs of Sanctuary, конечно, слышен.

Программируемая перкуссия, характер обработки и студийное многослойное построение вокала принадлежат своей эпохе.

Однако сама музыкальная идея практически не стареет.

Причина проста.

В центре альбома находится один из самых древних инструментов человечества — человеческий голос.

Всё остальное лишь окружает его.

Оркестр может измениться.

Технологии записи могут измениться.

Музыкальные моды обязательно изменятся.

Но способность голоса передавать эмоцию без единого понятного слова остаётся неизменной.

Итог

Adiemus: Songs of Sanctuary — альбом, который трудно спутать с каким-либо другим.

В нём есть симфонический размах, но нет тяжеловесности.

Есть этнические интонации, но нет прямого копирования фольклора.

Есть хоровое звучание, но нет текста.

Есть духовность, но нет конкретной религии.

И есть электронные технологии, которые почти никогда не становятся главным объектом внимания.

Всё служит одной идее — превратить человеческий голос в универсальный музыкальный язык.

Именно поэтому главная композиция Adiemus способна одинаково естественно звучать в концертном зале, в кино, среди природы или просто в наушниках.

Она ничего не рассказывает словами.

Но каким-то образом говорит очень многое.

Songs of Sanctuary стал началом большой серии Adiemus, однако первый альбом по-прежнему обладает особой чистотой замысла. Здесь идея ещё не превратилась в формулу и ощущается почти как открытие.

Слушая его сегодня, легко понять, почему проект получил настолько широкую международную известность.

Карл Дженкинс создал музыку, которая выглядит одновременно знакомой и совершенно невозможной.

Музыку прошлого, которого никогда не существовало.

Музыку вымышленного языка, который почему-то понимают без перевода.

И музыку мира, в котором различия между классикой, New Age и этнической традицией на время перестают иметь значение.

Оценка: 10 из 10.

Исполнители: Adiemus, Karl Jenkins & London Philharmonic Orchestra
Альбом: Adiemus: Songs of Sanctuary
Жанр: Classical Crossover, New Age, Ethnic Fusion, Neoclassical, Vocal
Композитор: Karl Jenkins
Основной вокал: Miriam Stockley
Дополнительный вокал: Mary Carewe
Оркестр: London Philharmonic Orchestra
Оригинальный лейбл: Venture / Virgin Records
Год: 1995
Треков: 9
Продолжительность: 53:48